Здзислав Бексиньский: мрачный гений зловещих миров





🔹Польский фотограф, скульптор, художник

🔹Окончил факультет архитектуры Краковского политехнического института

🔹Начинал свой творческий путь как фотограф (1953-1960), затем обратился к графике и живописи

🔹Член Польского объединения художников, в 1957-1963 годы принадлежал к Польскому объединению фотографов

“Я одержим процессом написания”

За свою долгую творческую жизнь Здзислав Бексиньский попробовал себя в скульптуре, фотографии, графике и живописи. Он написал столько картин, что никто до сих пор не знает их точного количества. Никогда не давал своим полотнам названий и не объяснял их содержания.

“С самого начала я просто старался писать красивые картины. Красивые. Конечно, вы можете принять это за кокетство, но всё же, это необходимая вещь, единственное, что имеет значение. В своих картинах я никогда не использую какие-либо значения. Я наивно пишу их, как будто бы я фотографирую свои сны”.

“Я никогда не ищу идеи в таких источниках как литература или кино. А если и нахожу, то быстро забываю. Прежде всего, я вдохновляюсь музыкой.

Я очень редко хожу на концерты. На концертах я вижу определенную группу людей, которые тащат инструменты, кто-то начинает стучать по тарелкам, кто-то дует в мундштук, кто-то настраивает тоны. Всё это полностью портит восприятие музыки. Я предпочитаю думать, что это происходит в моём воображении.

Мой самый любимый композитор — Альфред Шнитке. Мне кажется, что он пишет музыку так же, как я пишу картины”.

Художник никогда не давал названия своим картинам, и презирал людей, которые  считают, что картина должна «означать» что-то конкретное и простое.

“Я в себе что-то вижу, это я и изображаю. Во время рисования всё растворяется и исчезает из-за длительности процесса. Но новые видения продолжают поступать, и, наконец, результатом изображения становится исходное видение, изменённое новыми образами. Или просто палимпсест, совершенно новый образ, созданный на руинах предыдущего”.

Психоделические шедевры Бексиньского наполнены мистическими образами и формами, которые тесно переплетаются между собой, придавая картинам тайный зловещий смысл и завораживая с первого взгляда.

Художник не раз повторял: ”Мне нравятся формы с большой эмоциональной нагрузкой. И эти эмоции должны быть по своему характеру близки к моей натуре, ближе к меланхолии, а не к беззаботному счастью”.

В жизни художник был мягким, скромным, приятным в общении человеком с хорошим чувством юмора. Он считал свои картины оптимистичными и часто вспоминал Кафку, который  всегда смеялся, читая вслух свои книги. Он редко бывал в музеях и на выставках, почти не читал и не посещал кинотеатры.

Известный как  «фантастический» период его творчества наполнен кошмарными фигурами и  зловещей архитектурой, но мнение критиков было ему безразлично. Он оставался верен своим мечтам и наваждениям, которые сделали его популярным на родине и принесли всемирную славу.

Счастливая жизнь художника вдруг дала трещину: сначала от рака умирает жена, через год сын, популярный музыкальный журналист и поклонник готического рока, совершает самоубийство.

“Я считаю творчество единственным доступным способом борьбы с неизбежностью своей кончины. В моём случае, безнадежная борьба против смерти и увядания это фактор, который стимулирует мою работу”.

И смерть пришла, неожиданная, жуткая, несправедливая. В 2005 г. Бексиньского у дверей собственной квартиры зарезал сын его домработницы: художник не дал ему взаймы. Способен ли гениальный художник предвидеть будущее? 17 ударов ножом  мастер  предсказал удивительно точно: на его последней картине изображен старик со множеством ран, лежащий на полу.

Бексиньский оставил более 700 картин и фотографий. Его работы, демонстрирующие зловещую изнанку человеческого сознания, по-прежнему притягивают и завораживают.

Отражают ли его картины наше будущее? Ответ на этот вопрос каждый ищет сам…